Ирина Левина (il_ducess) wrote,
Ирина Левина
il_ducess

Categories:

Что такое реставрация по-русски.

Очень интересный рассказ реставратора и искусствоведа Владимира Сарабьянова в "Большом городе" :
Все древние храмы в России — начиная с киевских храмов XI века, заканчивая Яро­­славлем и Костромой XVII века — переписывались. Их в XVII–XIX веках никогда не реставрировали, а именно поновляли, писали заново на стенах прямо по древним росписям. Иногда старались попасть в оригинал, иногда не старались. А иногда сбивали росписи молотком, «чтоб лучше сделать, красившее». Так или иначе, к началу XX века оригиналов не осталось нигде. Единственное исключение — собор Ферапонтова монастыря, который сохранился без поновлений. Поэтому наша реставрация монументальной живописи имеет спе­цифику, которой нет ни в одной стране мира, — мы раскрываем живопись из-под более поздних записей. Это вообще специ­фическое умение русской школы реставрации. В Италии, скажем, где огромное количество монументальной живописи, очень редко поверх одного периода писался другой. То же самое в Греции. В Византии напластования — редчайшее явление. У нас — повсеместная практика. ...

Напластования — это русский культурный менталитет. Ничего не поделаешь. Вот, например, Благовещенский собор Московского Кремля — уже третий по сче­ту Благовещенский собор на этом месте. А где два предыдущих? Их сломали, потому что хотели сделать как лучше. Хорошо, хочешь сделать как лучше — построй ря­дом, как делалось в любой европейской стране. В каком-нибудь маленьком французском или итальянском городе рядом стоят несколько огромных романо-готических соборов, которые строили там на протяжении 200–300 лет. На Руси все делалось по-другому. Построили — через сто лет сломали, поставили новый — че­рез сто лет опять сломали и опять построили новый. И ведь говорят: «Вот это Успенский собор города Коломны, где началось движение на Куликово поле…» Нет, это не тот собор. Это собор XVII века. А от собора, где был Дмитрий Донской, камушка не ос­талось. Нетерпимость к тому, что кто-то сделал до тебя, заложена в русском подсознании. Если ты хочешь сделать что-то свое, ты почему-то должен сломать все, что делали до тебя твои предки. Почему всем нуворишам надо строить свои без­образные башни обязательно в центре Петербурга, Москвы или другого замечательного города? Хочешь построить башню — построй ее на пустыре. Но они долж­ны построить это там, где уже что-то суще­ствовало. Ни в одной цивилизации нет понятия намоленного места. «Нет, надо храм здесь строить». — «Почему? Здесь же уже стоит храмик». — «Нет, надо прямо на его месте строить». — «Почему?» — «Ну как же — это намоленное место». Простите, это пахнет языческим капищем, а не на­моленным местом. В христианстве нет по­нятия «намоленное место» — а у нас есть: у нас особое христианство, особая ментальность, особый путь. У нас все особое. ...

Единственное я с ним не согласна, что в середине 70-х не было приличных вузов готовивших реставраторов. Я помню наше отделение "реставраторов" в МАХУ было очень сильным и искусствоведческое образование там давалось сильное... Хотя может он и прав, громких имен оттуда не вышло....

Может это все и объясняет почему сейчас старые храмы отданные верующим расписывают в таком "софринском" стиле все заново... они становятся такие лубочные но "душа" туда не идет...

Tags: дыбр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments