Ирина Левина (il_ducess) wrote,
Ирина Левина
il_ducess

Category:

Купцы Рябушинские часть 1.

Начнем с начала - откуда они взялись.


Самый первый из известных нам пращуров Русских Ротшильдов(их так называли) - Рябушинских был служителем Ребушинской слободы Денисом сыном Кондратия. Он был стекольщиком и этим ремеслом служил Свято--Пафнутиевскому монастырю в Боровске. Родился в 1713 году и застал еще время, когда монастырь содержал за свой счет служителей Потом при секуляризации монастырских земель ему пришлось приспособляться в течение долгого переходного времени к новым условиям, когда нужно было, служа монастырю, платить оброк в Коллегию экономии и, наконец, совершенно отделиться от монастыря и, получив земельный надел, обратиться в «экономического» крестьянина.
Умер в 1793 году.
Его сын Яков Денисович (1733- ?) уже был по профессии резчиком по дереву.
Вот у него в 1786 году 1 ноября родился младший сын Михаил.
Их малый надел земли не давал им для содержания большой семьи, и резьба по дереву являлась подсобным промыслом, по-видимому, связанным с временными нуждами монастыря в такого рода мастерах, так как в дальнейшем этот промысел не сохранился в фамилии Стекольщиковых.
А жена Якова Денисова Евдокия Евтьева занималась скупкою чулок по деревням и перепродавала их в Боровске.

Отметим про себя, что семья в то время была традиционного православного вероисповедания.

В 1798 году младшие сыновья Артемий и Михаил были отданы в ученики, мальчиками в торговлю, а старшие Василий и Иван остались при отце резчиками по дереву. Они носили фамилию Стекольщиковы и их потомки тоже.
Старшему Артемию было 14 лет, Михаилу - 12 лет.
Куда их отдали так пока и не известно.

Как записано в капитальных книгах Архива купеческой управы в 1802 году Артемий платит с братом совместно третью гильдию и занимается самостоятельно торговлей в ветошном ряду.

Третья гильдия тогда была 8 000 рублей капиталу. Платить за нее надо было 1% в год.
Молодцы братья - довольно быстро поднялись.

По купеческим книгам в 1809 год, Артемий значится женатым (Ю. Петров так написал). По данным потомков Рябушинских - Князьковых женой его была Анна Федоровна (1809 г.р.) - что не понятно, но может они имели в виду дату свадьбы а не ее рождения. Но нас он не очень интересует.
Наш герой Михаил в то время еще не женат. Но уже ведет самостоятельную торговлю в холщовом ряду.
Ю. Петров считает, что деньги на 3 гильдию ему занял брать Артемий.

В 1811 году Артемий имеет торговлю в холщовых рядах на Неглинной.

В ревизских сказках, относящихся к 1811 году, значится:
«В Барашской слободе, сентября 27 дня.- Третьей гильдии купец Михаила Яковлев 24 лет. Прибыл в 1802 году июня 18 дня, Калужской губернии, Боровского уезда, Атепцовской волости, Ребушинской слободы, из экономических крестьян; жительствует в Пятницкой части церкви Черниговской у пономаря Ивана Михайлова. У него Михаила жена Афимья Степанова 18 лет».

Михаил очень выгодно женился. Жена его Евфимия Степановна Скворцова дочь купца кожевника Скворцова Степана Юлиановича из деревни Шевлино. У него был небольшой заводик и дом в Кожевниках. Дом кстати их сохранился до сих пор (ул. Кожевниковская д.13 см у Тани Cocomera )


Вот он желтенький слева.
Старший сын его Егор Степанович заведовал торговлей в фирме отца. Состоял он тоже сначала в третьей гильдии, а с 1833 года в первой гильдии.
У Степана Юлиановича, кроме сына Егора, было еще три сына: Андрей, Михаил и Василий, которые в 1808 году были записаны в третью гильдию.

Во время 1812 года, когда Наполеон занял в Москву Михаил Яковлевич с семьей переехал в село Кимры, Тверской губернии, и по семейным преданиям, принялся там за скупку обуви, но эта торговая операция, по-видимому, не была удачна, так как в дальнейшей своей торговой деятельности он обувью никогда не занимался.
Война сильно подорвала состояние братьев.

Возвратившись из Тверской губернии, он в июне 1813 года подал в дом Московского градского общества следующее прошение:
«Состою я в московском по третьей гильдии купечестве в Барашской слободе, и с объявленного мною капитала все государственные подати по 1813 год, кроме пожертвования по общественному приговору девяноста рублей, плачены были безнедоимочно. Настоящий же 1813 год, равно и на будущее время, по претерпенному мною от нашествия в Москву неприятельских войск разорению, процентных денег платить нахожу себя не в состоянии, почему дом градского общества покорнейше прошу по неимению мною купеческого капитала перечислить в здешнее мещанство».
Это прошение Михаила Яковлева было принято и постановлено навести справки, нет ли у просителя дома или другого имущества для взыскания невнесенного пожертвования на нужды войны.

Дальнейшую его судьбу мы узнаем по записям его сына Павла Михайловича:
"по семейным воспоминаниям Михаил Яковлевич служил у Сорокованова, который ему, как своему приказчику, передал за старостью лет торговлю с тем, чтобы он выплачивал ему годами, что и было выполнено. Жила семья Рябушинских в приходе святого Ипатия в Ипатьевском переулке в доме Мещанинова, и в этом доме родились все дети Михаила Яковлевича."
Пелагея в 1815 году, Иван — 1818 году, Павел — в 1820 году, Анна — в 1824 году, Василий — в 1826 году.

Кто такой этот купец Сорокованов - Михаил Петрович Сорокованов (1750 - начал торговать в холщовом ряду Гостиного двора после нашествия французов, хотя, как видно из данных Архива старых дел, свою лавку он купил в 1802 году у Маркела Демидова Мещанинова, в доме которого позднее поселился М. Я. Рябушинский.
Купив лавку, он сам в ней не торговал, так как до 1811 года он в капитальных книгах третьей гильдии московского купечества по Семеновской слободе значится торгующим хлебом в собственном доме в приходе Богоявления, что на Елохове. М. П. Сорокованову был 61 года, когда начал торговать в холщовом ряду. У него было в то время пять сыновей в возрасте от 37 до 17 лет, но, по-видимому, они, кроме второго, Федора Михайловича, все были мало способны к торговле, так как после смерти отца сыновья, оставшиеся в живых, перешли в мещанство, а младший записался в цех.
Единственный способный к торговле Ф. М. Сорокованов, отделившись от отца в 1825 году, занялся торговлей лесом и скончался в 1840 году купцом второй гильдии.
В общем не найдя себе в семье помощников Сорокованов нанял приказчиком себе М.Я. Рябушинского, который еще до нашествия французов торговал в холщовом ряду.

В 1820 году Михаил Яковлевич перешел в старообрядчество, записавшись в Рогожскую общину. Видимо тогда он взял фамилию Ребушинский. А называться стал так по слободе, в которой он жил в Боровске. Со временем, и довольно быстро, Ребушинские превратились в Рябушинских, но Михаил Яковлевич всегда подписывался по-старому.

Артемий Яковлевич Рябушинский тоже перешел в старообрядчество, но, по-видимому, позже, так как в Архиве купеческой управы имеются документы о свадьбе его сыновей — Алексея в Троицкой церкви, что в Серебряниках, и об Иване справка, выданная Духовной консисторией. Что же касается самого Артемия Яковлевича, то в его купеческих документах не имеется указаний о принадлежности к старообрядчеству, но известно только, что он скончался 4 октября 1830 года от холеры, похоронен на московском старообрядческом Рогожском кладбище. Младший же сын его Петр Артемьевич, родившийся в год смерти отца, крещен был в старообрядчестве. Этот сын в ревизских сказках и в документах по купечеству не значился и числился московским мещанином; он с малых лет был более близок к семье Михаила Яковлевича, чем к своей, и чуть не всю жизнь был у него на службе; скончавшись в 1879 году, он похоронен на Рогожском кладбище.

Артемий Яковлевич кстати завел на Яузе небольшую красильную фабричку.
Которая по видимому помещалась вот в этом доме.

Девять лет Михаил Яковлевич Рябушинский прослужил приказчиком у Сорокованова и на десятый решил снова приняться за самостоятельную торговлю. При объявлении гильдейского капитала в 1824 году свидетелями в достоверности сообщаемых сведений о торговле Рябушинского в холщовом ряду подписались братья жены его — Егор и Василий Степановичи Скворцовы.

Но до самой кончины Сорокованова в 1839 году он выплачивает ему некоторую сумму за полученный от него товар при передаче торговли в 1827 году. Видно в тот год он берет в аренду лавку своего бывшего хозяина со всем содержимым на тот момент товаром.
Но только в 1844 году он покупает это лавку № 24 в холщовом ряду у Василия Михайловича Сорокованова.

За «каменную лавку на белой земли с находящеюся над нею палаткою» уплачена Сорокованову тысяча рублей. Лавка эта имела «длиннику по правую и левую сторонам по 3 сажени, поперечнику в переднем и заднем концах по 1 сажени». В 1849 году у наследников Нечаевых удалось купить и соседние лавки, которые Михаил Яковлевич много лет арендовал. Михаил Яковлевич купил лавки за № 20, 21, 22, 23 за четыре тысячи двадцать пять рублей. Эта покупка обошлась Рябушинскому значительно дороже первой, так как лавки эти занимали площадь 8 ½ аршин на 9 аршин 3 вершка.
Все эти пять лавок, как видно из вышеуказанного процесса, были в общих каменных стенах, со сводами, и постройка была настолько прочна, что вполне уцелела от пожара 1812 года.

Этими пятью лавками Рябушинские владели до 1871 года, когда Василий Михайлович их продал купцу В. И. Меньшеву.

От торговли холщовым товаром он перешел постепенно к торговле и бумажным, который входил все более и более в моду у потребителя, и шерстяным. Скупая сперва товар у крестьян и мастеров, он затем сам начинает раздавать кустарям материал и им заказывать желательный товар.


В конце 1829 года Евфимия Степановна приобрела на торгах голутвинский дом в 6 квартале Якиманской части за 27 тысяч 30 рублей. Из этой суммы она внесла 6 823 рубля, а 20 206 рублей были рассрочены платежом на 14 лет по 721 рублю 86 1/2, копейки, в каждое полугодие.
И с этого времени Голутвинский дом был самым главным родовым домом для семьи Рябушинских.

Накопив капитал, в 1846 году он основал небольшую фабрику в собственном доме в Москве, в Голутвинском переулке. Он производил шелковые и шерстяные изделия.

В последние же годы своей жизни, когда его сыновья Павел и Василий стали взрослыми и оказались дельными работниками в его деле, он заводит фабрики шерстяных и хлопчатобумажных тканей в Медынском и Малоярославском уездах Калужской губернии. Создавая свое дело, Михаилу Яковлевичу приходилось почти все время работать одному. Сперва дети были малы, а затем он долго не доверял их деловитости и привязанности к созданному им делу. Он доверял только своей жене Евфимии Степановне, отличавшейся своею добротой и хозяйственной заботливостью о семье; ей он завещал все свое дело, но она скончалась ранее мужа.

Посмотреть на Яндекс.Фотках
К детям он относился сурово. Само собою разумеется, что он требовал от них с ранних лет посильной помощи в лавке, но и к способам использования ими своего досуга он относился ревниво. Так, например, услышав раз где-то в доме раздающиеся звуки скрипки, он разыскал на чердаке второго сына Павла с инструментом в руках. Бедная скрипка поплатилась жизнью, так как была разбита о стропила крыши, а сын после этого не смел и думать о продолжении своих тайных от отца уроков музыки у какого-то эмигранта-француза, оставшегося в Москве после войны.
Книжному обучению детей он не придавал особенного значения. Учились они чтению и скорописи; судя же по изменению в их правописании в сороковых и пятидесятых годах, они большему научились самостоятельно, чем под руководством учителя.
По понятиям Михаила Яковлевича, наиважнейшим и наилучшим учителем является сама жизнь, и потому уже с 16 лет старший сын Иван Михайлович был поставлен на самостоятельное дело. По годовому отчету на Пасху 1835 года он арендовал у отца одну из лавок и самостоятельно торговал, получая из кладовой товар с 10% надбавкой на цены.
Михаил Яковлевич заканчивает все денежные счета с сыном в 1845 году после выдела его.

В 1832 году была выдана замуж старшая дочь Пелагея Михайловна за купеческого сына Евсея Алексеевича Капусткина. Эта свадьба была приятна родителям и создала надолго родственную близость между Рябушинскими и Капусткиными.

В 1842 году женился старший сын Иван Михайлович на московской мещанке Наталье Дементьевне Гавриловой, домовладелице в той же Якиманской части. Этот брак, по-видимому, был по любви
Но родители выбор сына не приветствовали и дело закончилось выделом Ивана Михайловича по «отдельной записи», в которой говорится, что родители «заблагорассудили с общего согласия отделить сына Ивана Ребушинского от семейства и капитала".

Позднее, после смерти Натальи Дементьевны, отношения между отцом и сыном стали снова доброжелательными, и Михаил Яковлевич в своем духовном завещании не забыл о старшем сыне. Отец, ценивший в людях выше всего деловитость, не мог не ценить ее в сыне, хотя бы он работал вне родительской зависимости.
Иван же Михайлович вел свою торговлю «бумажным товаром» успешно и, скончавшись в 1876 году, оставил после себя капитал в 158 536 рублей 34 копейки, которые поручил распределить душеприказчикам своим: брату Павлу Михайловичу и Т. Г. Рассадкину.

В 1866 году Ив. М. Рябушинский вторично женился на Елене Васильевне, которая в 1899 году вышла замуж за Т.Г. Рассадкина, душеприказчика своего мужа.

В 1834 году женился второй сын Павел Михаилович на московской мещанке Анне Семеновне Фоминой, внучке Ивана Матвеевича Ястребова, всеми уважаемого священника Рогожского кладбища. Этот брак, по-видимому, устроенный родителями и приятный для них, не был счастлив для молодых.

Вслед за браком Павла Михайловича, в 1844 году, вышла замуж младшая дочь Анна Михайловна за Петра Яковлевича Шувалова.

Но вернемся к делам Михаила Яковлевича в последние годы его жизни.
В 1856 году он строит за 45 000 рублей фабрику в Чурикове около Молоярославца на 200 станков с паровым двигателем в 45 сил; станки выписаны из заведения Гика в Манчестере». Впрочем, имеются также данные, что в 1856 году перестраивалась московская фабрика, а местные жители Чурикова утверждают, что их фабрика строилась в 1854 году.

Изготовляемый товар продавался не только в розницу, но и оптом, так как по вексельным записям видно, что Михаил Яковлевич имел с 20-х годов довольно обширные торговые дела с евреями из Западного края, которым он доставлял товар, изготовляемый кустарями.
Годовые отчеты начали составляться с 1835 года. Они составлялись Павлом Михайловичем, которому было тогда 15 лет. Год заканчивался к Пасхе, и отчет озаглавливался:
Христос Воскресе. Господи, благослови, Христос. Счет капитала и палатки московского купца Михаилы Рябушинского.
Первые годы долговые обязательства вписывались общей цифрой, по указанию отца, причем отмечалось: «из старой еврейской книги», «по новой еврейской», «по русской книге» и «по дневной книге».

Ко времени кончины Михаила Яковлевича, в середине 1858 года, его капитал уже превысил 2 миллиона рублей ассигнациями, так как счет на серебро вошел в торговые обычаи только в начале 60-х годов.

29 декабря 1853 года скончалась его обожаемая супруга Евфимия Степановна и Михаил Яковлевич потихоньку начал угасать.

На следующий год по каким-то соображениям Михаил Яковлевич записался на два года во вторую гильдию и был выбран в Московскую торговую депутацию в 1855 году. Это была единственная общественная служба, которую он нес в своей жизни.

Умер Михаил Яковлевич 20 июля 1858 года уже купцом первой гильдии и вплоть до революции все его потомки были купцами первой гильдии.

Свое дело он передал по завещанию нераздельно двум младшим сыновьям Павлу и Василию.

После его кончины осталось 3 сына, 2 дочери и 15 внуков

Это первое поколение Рябушинских - их основа.

Продолжение следует...

Источники : Бурышкин, Ю. Петров.

Tags: Купечество, Рябушинские, Старая Москва, книги
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 49 comments