Ирина Левина (il_ducess) wrote,
Ирина Левина
il_ducess

Categories:

Еще про генерал-майора В.С. Гадона

Сколько интересного можно нарыть, когда начинаешь искать какое-нибудь знакомое лицо:)
Вчера я публиковала фото Великого князя Сергея и великой княгини Елизаветы в кругу придворных на отдыхе в 1896 г. во Франценсбаде.
195.jpg
«195.jpg» на Яндекс.Фотках
Между из высочествами стоит адъютант князя Владимир Сергеевич Гадон.

Вот он побольше:

У Татьяны Александровны Аксаковой-Сиверс в воспоминаниях про него немного написано, но очень интересно.

Но сначала немного отступления.
"Сестры Маргарита и Елена Кирилловны (Мамонтовы прим. il_ducess)были признанными московскими красавицами; они прекрасно одевались, с них писали портреты знаменитые художники, они блистали на всех выдающихся спектаклях и концертах, словом, вели образ жизни меценатствующего купечества московского начала XX века. Внешность сестер была различна: в Елене Кирилловне преобладала красота линий, при некоторой вялости красок;

Маргарита Кирилловна была хороша своим колоритом и напоминала тициановских женщин."



Серов Валентин. Портрет Маргариты Морозовой 1910
( Днепропетровск, Художественный музей)

Про Маргариту Кирилловну сейчас больше известно, чем про ее сестру.
Про нее писали много и интересно. Вот только не помню Зина или mysea. Пока у них ничего не нашла. Она вышла замуж за Михаила Абрамовича Морозова и рано овдовела.

Ее сестра была выдана в юном возрасте замуж за представителя богатого купеческого сына — Родиона Дмитриевича Вострякова. Его мама была в девичестве Хлудова.

"Благодаря своей красоте, уму и богатству, эти дамы сразу заняли видное и несколько своеобразное положение в московском обществе. Семейная жизнь их сложилась неудачно, особенно у Елены Кирилловны, которая в возрасте 23 лет была покинута своим мужем. После шести лет прожигания жизни во всех увеселительных местах России и Европы Родион Дмитриевич Востряков бросил семью, чтобы жениться на танцовщице Шарпантье. В ту пору, к которой относятся мои воспоминания, Елена Кирилловна жила со своими дочерьми и компаньонкой Раисой Захаровной в небольшом особняке с мезонином между Арбатом и Поварской. Больших средств уже не было: жили на сравнительно скромные деньги, выданные Востряковым при разводе, и проценты с капитала, положенные на имя внучек бабушкой Востряковой (Хлудовой) в размере ста тысяч на каждую."

"ак только Маргарита Кирилловна овдовела, а Елена Кирилловна разошлась с мужем (а это случилось почти одновременно), сестры почувствовали возможность направить жизнь по тому руслу, которое соответствовало их вкусам. Маргарита Кирилловна была гораздо богаче и ей это сделать было легче. Под влиянием кн. Евгения Николаевича Трубецкого (или вернее ради него) она стала интересоваться общественно-политическими вопросами. Ее дом на Смоленском бульваре* стал местом встречи многих выдающихся людей того времени, чем-то вроде либерально-политического салона. Там же в 1906 г. происходили редакционные собрания издаваемого Е.Н. Трубецким и субсидируемого Маргаритой Кирилловной журнала «Московский еженедельник» (журнал этот пропагандировал идеи партии Мирного Обновления).

Весной 1917 г. один из друзей Маргариты Кирилловны — Иван Леонтьевич Томашевский, вспоминая ее деятельность того времени, ядовито сказал: «Как жаль, что существует Брешко-Брешковская! Иначе Маргоша была бы бабушкой русской Революции».

Разойдясь с Востряковым, Елена Кирилловна стала вести замкнутый образ жизни. Она уделяла достаточное внимание воспитанию своих дочерей (без особо хороших результатов) и много внимания Пресненскому Попечительству о бедных. В этом комитете, пользовавшемся в Москве заслуженной славой, Елена Кирилловна завела дружественные отношения с Лидией Павловной Княжевич и другими дамами-патронессами, а через них с вел. княгиней Елизаветой Федоровной. В числе адъютантов Вел. князя Сергея Александровича был в то время бывший преображенец Владимир Сергеевич Гадон, отличавшийся очень красивым лицом и столь же неприятным характером. Он и его друг Владимир Федорович Джунковский постоянно бывали в обществе Маргариты и Елены Кирил. и явно за ними ухаживали.

Великая княгиня, в интересы которой входило поскорее женить адъютантов мужа (как например, Балясного), принялась устраивать свадьбу Гадона с Еленой Кирилловной. (Cette femme si jeune, si belle et si delaissee). Перед Гадоном стала дилемма получить бригаду в Москве и жениться на Востряковой, или принять Преображенский полк, который, в свою очередь, не мог принять Востряковой в качестве полковой дамы. Честолюбие взяло верх: Гадон выбрал Преображенский полк и поехал залечивать сердечные раны (если таковые имелись) у ног Анны Сергеевны Сабуровой.

Судьба отомстила за Елену Кирилловну, которая, как ибсеновская Сольвейг, пронесла эту любовь через всю жизнь*. В 1907 г. в Преображенском полку вспыхнул бунт, и карьера Гадона была сломана.
10 июня 1-й батальон, прибыв из Красного Села в Петербург, отказался вступить на смену караула, пока не будут приняты его политические требования, тогдашнее содержание которых, исходившее от лиц, ведших пропаганду в солдатских массах, общеизвестно. Батальон, несмотря на уговоры всяких начальствующих лиц, так и не вступил в караул. В тот же день батальон вместе с офицерами был исключен из гвардии и под конвоем лейб-гвардии Финляндского полка отправлен в село Медведь Новгородской губернии на штрафное положение. Одновременно нач. дивизии С.С. Озеров и командир полка генерал-майор Гадон были исключены из службы. После этого события вплоть до своей реабилитации в 1911 г. Гадон прожил в Воронове (имении Сабуровых Подольского уезда Московской губ.), откуда не выезжал круглый год.

* После революции Гадон к ней вернулся."

Вот так описывает его историю Татьяна Аксакова-Сиверс.

По другой версии это была лишь дружба.
В Москве В. С. Гадон зарабатывал себе на жизнь частными уроками и переводами с иностранных языков. Он был дружен с сестрами — Маргаритой Кирилловной Морозовой (Морозова Маргарита Кирилловна (урожд. Мамонтова) (1873—1958), до революции — учредительница журнала “Путь” и основательница Московского религиозно-философского общества.) и Еленой Кирилловной Востряковой, проживавшими неподалеку, в переулке Островского в здании норвежского посольства. Такое странное местожительство объяснялось тем, что дом, где размещалось посольство, до революции принадлежал М. К. Морозовой и ее мужу, крупному фабриканту. Иностранные дипломаты, уважающие частную собственность, не посмели выкинуть бывших владельцев особняка на улицу. В посольстве сестрам выделили две маленькие комнатки.

В. С. Гадон сначала давал уроки английского языка сыну Маргариты Кирилловны — профессору-шекспироведу М. М. Морозову (Морозов Михаил Михайлович (1897—1952), известный советский литературовед, театровед, переводчик, один из основателей советского шекспироведения; с 1935 г. был профессором МГУ и ГИТИСа.), а затем обучал французскому языку ее внука Михаила. Сестры незаметно подкармливали учителя — бывшего придворного генерала Гадона. Маргарита Кирилловна нередко носила еду и сестре Владимира Сергеевича, которая часто болела. В. С. Гадону в 1937 г. было уже под восемьдесят. Занятия языками, очевидно, носили символический характер.

Конечно, посещения норвежского посольства не могли остаться незамеченными. 22 августа 1937 г. Гадона арестовали. ... Владимира Сергеевича Гадона расстреляли 17 сентября 1937 г. Ему было в это время 77 лет.


Вот сколько интересного нам рассказывают порой старые фотографии.
Tags: Великая княгиня Елизавета Федоровна, Гадон, Купечество, Мамонтовы, Романовы, Старые фото
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments